Этот текст был опубликован в книге “Кыргызстандагы мазар басуу: Талас тажрыйбасынын негизинде”(Бишкек: Айгине, 2007).Перевод с кыргызского.
“Став девушкой, не познала век девушки, став невесткой, не познала век невестки”
Ты спрашиваешь о том, как я занимаюсь зикир чалуу. Я же храню все это в себе. Нельзя рассказывать. Если я тебе расскажу – десять дней буду болеть.
Хозяина мазара, своих духов-покровителей вижу. Я же звала Жанкороза-ажы? (речь идет о зикире, пример которого приведен здесь . Это мой дедушка ажы – отец моей матери. Когда входят великие духи-покровители, я теряюсь. Многие знают меня. Свойства кыргызчылык значительные, сильные, пригодятся они во благо людям. Уже 32 года, как я принимаю людей. С того времени ни с одним моим человеком не произошло чего-либо плохого. Все живы – здоровы. Оказывается, мазар обладает могучими свойствами.
Мои родители жили вот в этом селе Кен-Кол. Знаешь местность под названием Обо-Чачыке? Там они жили. Вот там они (духи-покровители – прим. перев.) мне встретились. Опухла я закрытой язвой. А затем упала, лишившись дара речи. Моим родным весть послали, что я умерла. Тогда моя мать, она же дочь ажы, шурину,который пришел с этой вестью, сказала: «Миленький мой, не умерла твоя жене, платье на ней не рвите, уложите ее на веранде, сверху укройте покрывалом, если боитесь».
Упав, я пролежала сутки. Лежала и была в том, ином мире. Видела там могилы, вместе с людьми была. Там вот так, по пояс, трава зеленая. Все люди там заняты. Коровья ферма, как коровья ферма, такие же люди. Такая же, как здесь, земля, бурные реки, прямо благодать.
Не осталось мук, которыми бы я не страдала, не осталось ада, который бы я не видела. Был у нас дубана по имени Кара. Он был моим наставником. Оказывается, он был человеком, который пожимал руку ходжи. Он сказал, что его сил не хватит, так как мой дух-покровитель сильнее, и отвез меня на святое место Шамшыкал-Ата. Там я была у всех, кто назывался ходжа и калпа, участвовала в зикире и там мой дар кыргызчылык был полностью открыт. Меня тогда на тысячелетии (в год празднования 1000-летия эпоса «Манас» 1995 г.- прим. перев.) засняли для Турции. Говорят, что мою фотографию повесили в тамошнем музее. “Моя ли сестра или не моя?”, – рассказала мне моя сестра, “подошла я поближе, смотрю – фамилия похожа”. Они снимали меня на Кароол-Чоку. Теперь я известна многим людям, меня знают во многих местах. Ко мне и большие люди ходят. Из ГАИ приходили, и рэкет приходил. Так если на лбу не написано – кто маленький, кто большой – не знаешь. Больших начальников принимала, все они сейчас в порядке. Таких, как ты, девушек, все они, слава Богу, в порядке – повыходили замуж, обзавелись детьми.
Когда я на святом месте Зулпукор, исполняю зикир, все приходят, кто в чепкене, кто в рубашке, кто в брюках приходят. Ко мне приходят больными, с искривленными ртами, головами, разными нехорошими болезнями болеют, уходят же, поправившись.
Я вожу паломников на Зулпукор, если его покровители позволяют. Мои духи-покровители говорят мне, для кого в каком месте лечение будет успешным. Первый мой дом – это мой собственный дом, а второй – Зулпукор. А еще Кызыл-Чоку очень хорошее место. Его свойства, энергетика – мощные очень.
Есть различия между мазарами. Например, Зулпукор был еще до Манаса-ата. К мавзолею Манас-Ата мы приходили и уходили лишь к его краю. А сейчас эту местность топчут все, кому не лень. Мы не взбирались на Кароол-Чоку раньше. На его вершине раньше был родник, его, оказывается, закрыли. К примеру, если пойдешь к Кызыл-Чоку, ангелы там покажутся в обличье симпатичных белых кроликов. Что ты желаешь, то они исполнят. Если же человеку не суждено здесь излечиться, они так и скажут, что не излечится он. Скажут: “Этого вот отправь к доктору”. Они открыто говорят.
Я стала заниматься всем этим с юности. Став девушкой, не познала век девушки, став невесткой, не познала жизнь невестки. Что такое буза, водка, я не знаю. Живу, как мне велят мои духи. Теперь вот, Господь, лишь бы взял ты меня, не подвергая унижению какому, позору. Лишь бы дети мои были живы-здоровы.
Мой старший сын уехал в Афганистан. Это было время, когда я металась посреди дорог. Плачу, думая о сыне, а духи приходят по четвергам. Я же дома выполняю обряд зикир чалуу, и когда они приходят в это время, я начинаю быть недовольной их приходом. «Сын мой в Афганистане, уехал туда, где опасно, а они опять идут», – вот такие мои мысли они слышат, еще находясь далеко отсюда. Однажды они не приходили четыре дня. Я думала: «Ну и хорошо, пусть, пока письмо от сына получу». Еще молодой была ведь. Но не так-то было – на четвертый день в два часа они вошли через дверь. Я, оказывается, задремала. «Почему не оставите мою душу в покое?», – заплакала я, а они: «Принесли шапку твоего сына, на, спрячь хорошенько». А я: «Давай сюда, вот как хорошо, вы принесли душу моего ребенка, оказывается», – и протянула руку, а они застыли так. Встала, ударилась о дверь, ее ручка прямо вонзилась в меня, вот здесь остался шрам. Это польза такая от них. Теперь, если я все это буду рассказывать подробно – заболею. Я стала заклинанием, которое сотворил Аллах. Камчу Аллах подложил под мою голову. Я же и буквы не знала Корана. И его тоже они подложили под мою подушку. С тех пор читаю намаз, не прерываясь. Хожу с именем Бога на устах. Пусть все закончится хорошо.
Меня зовут, когда проводят түлөө. “Пусть придет мать его, мы пришли сюда”, – так говорят. А я говорю: «Всей душой, сердцем предаваясь, совершайте, а если не предаетесь, лучше не делайте». Вот эти люди, которым ты свидетельница, сами это делают. Они буквально замочены в заговорах. Перед их дверью человеческую голову, волосы закопали. Их – целую семью – я спасла от смерти. Не знал он, что умрет под колесами своего зятя, он почти сошел с ума. Вот так они, бедные, не уходят от меня, не поправившись и не поправив своих дел.