Мамеков Жумадил: Мой дядя дубана защищал родину

Этот текст был опубликован в книге “Кыргызстандагы мазар басуу: Талас тажрыйбасынын негизинде”(Бишкек: Айгине, 2007). Перевод с кыргызского.

Младший брат моего отца Саргалдак оставил службу смотрителя мавзолея Манаса (ныне комплекс “Манас-Ордо” – ред.) и отправился на войну в 1942 году. На его место пришли мой тесть Алымбай и теща Супайра. Как-то я спросил у тещи Супайры, что она видела необычного за 33 года своей работы смотрителем мавзолея Манаса и она рассказала мне этот случай.

“В 1993-году ранним летним утром около пяти часов, когда я доила коров, услышала детский смех. Повернулась посмотреть, чьи дети смеются. Тогда на месте сегодняшнего музея находился коровник, и на его стене сидели и смеялись девять краснощеких мальчиков 9-12-лет. «Почему вы смеетесь?», – спросила я. «Апа, вы раньше постоянно читали Коран. Продолжайте читать и сейчас, после переезда сюда», – ответили мальчики. «Эй, дорогие, пока не умру, буду читать Коран», – сказала я, и они скатились со стены. После я не видела ничего особенного”.

Теща умерла в возрасте 82 лет в мае 2006 года. Они переехали с того места, потому что мавзолей перешел в государственную собственность.

Я также спрашивал своего отца Чонараалы о том, что необычного он видел, когда охранял мавзолей Манаса. Он рассказал следующее:

“Был осенний день. Рассвет. Я спал рядом с отцом. Вдруг послышался стук копыт лошади, голос басом крикнул: «Мамек!». «Отец, я посмотрю?», – спросил я, тогда мне было лет 9-10. «Лежи тихо», – ответил отец. Три раза прокричав, некто с всадниками помчался на запад. «Кто это был, отец?», – спросил я. Отец не ответил мне, обратился к матери Шааркан: «Вставай, умойся». Почитали Коран, попили чай. «Мать, это по воле Аллаха дух Манаса посетил нас. Жаль, не надо было мне прекращать сказывать «Манас». Теперь самое большее проживу неделю, а может и меньше», – сказал отец. После этого он жаловался на головные боли и через два дня умер”.

Сын деда Мамека и родной брат моего отца Саргалдак был дубана. Он говорил, что через два года начнется война на западе, и что ему суждено умереть на этой войне. И, действительно, он был послан на войну, когда он дервишествовал в Кировском районе (Таласская область – ред.), и его дервишеский посох остался лежать на поле, а сам он пропал без вести.